Я никогда не думала, что придётся доказывать верность мужу — не через поступки, не через доверие, а через бумагу. Через бездушные буквы и цифры, которые либо спасают, либо разрушают.
Свекровь стояла передо мной, руки на груди, губы поджаты в тонкую линию.
— Мы должны быть уверены. Понимаешь, это же имя нашей семьи. А ты… ты ведь раньше встречалась с тем… Артёмом.
Она произнесла имя моего бывшего так, будто он был проклятием.
Я перевела взгляд на мужа. Он не смотрел мне в глаза.
— Это не из-за недоверия, просто… Давай закроем вопрос навсегда.
Боль обожгла грудь.
— Хорошо. Но тогда и ты сдаёшь тест. Чтобы было честно.
— Это уже перебор.
— Нет, — я была непреклонна. — Если уж играем в проверку крови — играем по-честному.
Прошло три недели. Мы получили результаты, и свекровь с торжеством организовала «семейный вечер». Собрались все: братья мужа, тёти, двоюродные.
— Ну что ж, — начала она, вытягивая белый конверт, — результаты получены.
Пауза. Театральная. Она медлила, наслаждаясь моментом.
— По тесту отцовства… мальчик действительно является ребёнком моего сына.
В зале воцарилась тишина. Кто-то облегчённо вздохнул. Кто-то удивлённо зашептался. Свекровь же будто потеряла равновесие, села, сжав губы. Но это был ещё не конец.
Я поднялась.
— Спасибо. А теперь — моя очередь. Есть ещё один результат, который, думаю, всем будет интересно услышать.
Свекровь вскинулась:
— Нет. Не надо. Пожалуйста.
— Почему же? Вы же хотели правды.
Я вскрыла конверт.
— Тест показал: Игорь не является биологическим сыном Анатолия Викторовича.
Гробовая тишина. Свекор медленно повернул голову к жене.
— Это… что?
Свекровь опустила глаза.
— Это было давно… Я думала, ты никогда не узнаешь…
Муж сидел с открытым ртом. Потом посмотрел на меня.
— Ты знала?
— Нет. Я просто хотела, чтобы всё было честно. До конца.
